Хэмилтон: Я не собираюсь приносить извинения за то, что я борец.

      Во время гонки в Майами Льюис Хэмилтон открыто выразил свое недовольство стратегами Ferrari, которые долго не могли решить, стоит ли просить Шарля Леклера, находившегося на более жестких шинах, пропустить своего партнера. Фразы Хэмилтона в радиопереговорах, такие как «Это не хорошая командная работа» и «Вы хотите, чтобы я ещё и Сайнса пропустил?», вызвали предположения о наличии разногласий между семикратным чемпионом мира и его командой.

      После финиша, пообщавшись с руководителем Скудерии Фредериком Вассёром, Хэмилтон вышел к журналистам и попытался развеять недовольство. Он отметил: «В целом, гонка мне понравилась. Да, на этом уикенде мы были не так быстры, как хотелось бы, но я считаю, что нормально провел эту гонку. Хотя результат не показывает этого, я стартовал двенадцатым на трассе, где сложно обгонять, а отрывы были минимальными.

      Когда я перешел на шины Medium, машина стала более управляемой. Я был оптимистично настроен и думал, что смогу побороться за шестое место. Однако я потерял слишком много времени, находясь позади Шарля, хотя был быстрее. Я не считаю, что решение было принято достаточно быстро, поэтому и говорил команде: «Давайте уже!»

      У меня нет претензий к команде или Шарлю. Я просто считаю, что в тот момент мы могли бы сработать лучше. Однако главное, что нам нужно улучшить, это машина, ведь в итоге мы боремся за седьмые и восьмые места. Да, мы с напарником соперничаем, но было бы лучше, если бы мы действовали так, как это было с Валттери Боттасом – менялись местами, если кто-то был быстрее, а если не удавалось обогнать соперника, то возвращали позицию.

      Сейчас уже не имеет значения, смогли бы мы обойти Mercedes или нет, у нас просто не хватает скорости, что и вызывает разочарование. Но мы будем держать головы высоко и продолжать бороться.

      После гонки Фредерик зашёл ко мне в комнату. Я просто положил ему руку на плечо и сказал: «Расслабься! Не будь таким чувствительным!» Я мог бы сказать что-то гораздо более резкое в радиопереговорах. В прошлом мы все слышали, что другие гонщики говорили по радио.

      Некоторые мои слова были сарказмом. Но поймите, что за рулем мы находимся под огромным давлением. В момент борьбы никогда не услышишь от гонщика ничего милого. Но злости в моих словах не было. Я просто говорил: «Давайте быстрее решаем!» Вы сидите за столом, у вас есть вся информация, принимайте решение.

      Я не ругал команду, не проявлял неуважения или что-то подобное. По крайней мере, я так не думаю. Я просто говорил: «Парни, поторопитесь. Я хочу выиграть».

      Во мне по-прежнему горит желание, и я не собираюсь извиняться за то, что я боец. Я не собираюсь извиняться за то, что хочу побеждать. Я знаю, что все в команде стремятся к победе, и искренне верю, что когда мы решим проблемы с машиной, мы вернемся в борьбу с Mercedes и Red Bull, но это произойдет не быстро.

      На следующей гонке мы попробуем что-то новое и продолжим работать над процессами. Мы все с нетерпением ждем момента, когда я снова смогу бороться за подиум. Это будет здорово».